Artificial intelligence in the activities of Vietnamese startups as a tool for digital support of the ASEAN-led economic integration

Full Text

Завершение основного проекта Ассоциации стран Юго-Восточной Азии (АСЕАН) – формирование Сообщества АСЕАН 2025 – ставит вопрос о повышении эффективности механизмов, лежащих в основе сотрудничества членов Ассоциации. В этой связи особый интерес представляют стартапы, использующие в своей деятельности инструменты искусственного интеллекта (ИИ). В теории, развитие таких стартапов может устранить недостатки модели интеграции АСЕАН и позитивно сказаться на реализации ее перспективных планов, поскольку цифровое сотрудничество, частью которого является ИИ, носит трансграничный характер. На практике, однако, благоприятный для Ассоциации сценарий подрывает не только отсутствие у ее интеграционной модели эффективных наднациональных инструментов, но и политика стран-участниц по регулированию национального цифрового пространства. О последнем свидетельствует пример Вьетнама, где такие стартапы активно развиваются и поддерживаются государством. Своевременность обращения к вьетнамскому опыту сквозь призму того, в какой мере ИИ-стартапы могут послужить инструментом активизации многостороннего экономического сотрудничества Ассоциации в год завершения формирования Сообщества АСЕАН 2025, определяет актуальность и практическую значимость настоящей работы.

Суть поставленного в исследовании вопроса заключается в следующем: почему вклад цифровых стартапов в стимулирование «интеграции снизу» может оказаться, как свидетельствует опыт Вьетнама, недостаточным для стимулирования многосторонних экономических проектов и инициатив АСЕАН? В качестве ответа выдвинута такая гипотеза: несмотря на огромный потенциал трансграничной деятельности ИИ-стартапов по наращиванию экономического и делового сотрудничества, политика на национальном уровне в области локализации данных, что выявлено из вьетнамского кейса, не позволяет этим стартапам в полной мере реализовать свой потенциал.

Поскольку поставленная автором проблема фокусируется на новейших явлениях и процессах, к настоящему времени не появилось не только обобщающих научных трудов, но даже сколь-либо комплексных аналитических наработок именно по теме исследования. Имеющиеся в наличии публикации затрагивают отдельные аспекты цифровых проектов и инициатив АСЕАН и входящих в нее стран, проводя оценку цифровых стартапов как инструмента активизации многостороннего сотрудничества АСЕАН [Рогожин 2025; Костюнина 2024; Владимирова 2018; Гарин 2024; Канаев 2024]. Например, в работе А.А. Рогожина системно освещены различные аспекты цифровой трансформации стран ЮВА, включая ее основные инструменты. А.А. Гарин и А.В. Владимирова провели обобщение принимаемых Ассоциацией решений по вопросам, связанным с цифровым сотрудничеством между странами Ассоциации во время заседаний ее многосторонних структур. Из зарубежных специалистов к отдельным аспектам темы настоящей статьи обращались Л. Чен, Л. Радди, Ф. Кимура [Chen, Kimura 2019; Chen, Ruddy 2020]; Л. Ян Инг, И. Маркус [Yang, Markus 2023]; И. Исоно, Х. Приллиади [Isono, Prilliadi 2023]; К. Фонг [Fong 2024] и другие авторы. Анализ их трудов позволил уточнить особенности и направления эволюции регионального контекста, в котором происходит формирование регуляторной политики СРВ в цифровой сфере, а также развитие вьетнамских ИИ-стартапов. Тем не менее ни отечественные, ни зарубежные специалисты не затрагивали, даже фрагментарно, исследовательский вопрос, поставленный в данной статье. Соответственно, предметные академические дискуссии по различным аспектам влияния ИИ-стартапов на трансформацию асеаноцентричных проектов и инициатив на системной основе не ведутся. Настоящая работа, подготовленная с использованием общенаучных, частнонаучных и дисциплинарных исследовательских методов, интегрированных в междисциплинарный подход, призвана устранить этот пробел.

Цифровые аспекты Экономического сообщества АСЕАН и роль ИИ-стартапов в его формировании

Сообщество АСЕАН является ключевым проектом Ассоциации, и нынешний год стал целевой датой формирования его обновленной версии – Сообщества АСЕАН 2025. Экономическое сообщество АСЕАН (ЭС АСЕАН) даже при частичном достижении поставленных Ассоциацией задач повысит интерес к ЮВА как пространству ведения экономической и коммерческой деятельности, привлекательному для внерегиональных игроков.

Реализуя свои проекты и инициативы, Ассоциация осознает, что она сможет оставаться влиятельным субъектом международных отношений только при наличии развитой инновационной базы. Равно как и то, что в современных условиях без полноценной поддержки эффективными цифровыми инструментами реализация ее планов будет поставлена под вопрос. Такое целеполагание лежит в основе политики «десятки» по превращению ЮВА в инновационный хаб, которая развивается по трем направлениям.

Первое из них представляет собой оснащение цифровыми инструментами уже работающие асеаноцентричные проекты и инициативы. АСЕАН проводит модернизацию одного из своих ключевых многосторонних экономических проектов – Зоны свободной торговли АСЕАН (АФТА). Реализация АФТА началась в 1992 г. и была завершена в 2018 г. Частью АФТА стало Соглашение АСЕАН о торговле товарами (ASEAN Trade in Goods Agreement – ATIGA, АТИГА), подписанное и вступившее в силу в 2009 и 2010 гг. соответственно. Учитывая, что это соглашение естественным образом не могло отразить специфику современной международной торговли, в марте 2022 г. Ассоциация приняла решение о его приведении в соответствие с нынешними реалиями. Цифровой составляющей этих усилий стало принятие Электронного сертификата происхождения АТИГА (ATIGA Electronic Certificate of Origin – e-Form D), что упростило трансграничное перемещение товаров на пространстве ЮВА.

В этом контексте заслуживает внимания подход АСЕАН к Всеобъемлющему региональному экономическому партнерству (ВРЭП). Эта инициатива содержит ряд положений, прямо или косвенно связанных с использованием цифровых инструментов сотрудничества. Примеры включают Главу 8 (Торговля услугами), Главу 10 (Инвестиции), Главу 19 (Урегулирование споров). Однако основная масса таких условий содержится в Главе 12 (Электронная коммерция) [RCEP Text: 15.11.2020]. Это свидетельствует, что Ассоциация, как минимум, осознает необходимость обеспечить цифровую поддержку своей основной инициативе экономического регионализма.

Вторым направлением является научно-технологическое сотрудничество между странами АСЕАН. Поскольку Ассоциация разрабатывает его с начала 1970-х годов, оно имеет диверсифицированную институциональную основу. В 1971 г. был создан Постоянный комитет по развитию науки и технологий (ASEAN Permanent Committee on Science and Technology – PCOST), в 1978 г. переименованный в Комитет АСЕАН по науке и технологиям (ASEAN Committee on Science and Technology – COST), который позже стал Комитетом АСЕАН по науке, технологиям и инновациям. Повестка его заседаний координируется с деятельностью Ежегодных министерских встреч АСЕАН по вопросам науки, технологий и инноваций. Эти институты разработали содержательную и нормативную базу этого направления сотрудничества государств Ассоциации. Оно играет заметную роль в формировании Сообщества АСЕАН, главным образом – его экономической и социокультурной составляющих. Основным инструментом перевода целеполагания Ассоциации в практическое русло служит План действий АСЕАН по вопросам науки, технологии и инноваций на 2016–2025 гг. (в июле 2025 г. принята его новая версия – на 2026–2035 гг.) [ASEAN Plan of Action... 2017; 2025].

Третье направление состоит в запуске проектов и инициатив, полностью реализуемых в цифровой сфере. Здесь уместно выделить Соглашение АСЕАН об электронной коммерции (2019 г.), Генеральный план АСЕАН по вопросам цифровой трансформации (2021 г.), Руководящие принципы АСЕАН по управлению и этике ИИ (2024 г.), Руководящие принципы АСЕАН по управлению и этике ИИ – Генеративный ИИ (2025 г.) и др. В настоящее время страны-участницы АСЕАН согласовывают положения Рамочного соглашения АСЕАН по вопросам цифровой экономики. Знакомство с этими документами подталкивает к выводу, что Ассоциация перешла от нишевого, т. е. относительно узкого, характера сотрудничества, преимущественно в сфере ИКТ, к его широкому, всеобъемлющему формату.

Успешная реализация таких инициатив Ассоциации зависит от степени развитости «низовых» связей между ее странами-участницами, а именно – трансграничного взаимодействия различных акторов, действующих в сфере экономики и бизнеса. Из последних заметное место занимают цифровые стартапы, в том числе использующие в своей деятельности инструменты искусственного интеллекта. На этом направлении Ассоциация реализует сотрудничество как между своими членами, так и с внешними партнерами. В первом случае примерами служат Инициатива АСЕАН по развитию стартапов, Фестиваль стартапов АСЕАН, Рамочное соглашение о содействии росту цифровых стартапов в АСЕАН и Руководящие принципы АСЕАН по созданию динамичной экосистемы для стартапов в ЮВА. Во втором – Фестиваль стартапов АСЕАН и Индии, Партнерство АСЕАН и РК в области развития стартапов, Состязание Китая и АСЕАН в сфере инноваций и предпринимательства и др.

В страновом разрезе ЮВА основная масса стартапов сконцентрирована в Сингапуре, Малайзии и во Вьетнаме. Согласно данным консалтингового агентства Startup Genome, в количественном отношении Сингапур является бесспорным лидером в ЮВА: в 2024 г. там насчитывалось 4500 техно-стартапов, 400 венчурных компаний и 240 акселераторов [Singapore Named...: 23.07.2024]. Некоторые сингапурские стартапы не только используют, но и разрабатывают инструменты искусственного интеллекта. Это Trax (посредством анализа потребительского поведения определение того, как должны быть расставлены товары на магазинных полках для привлечения покупателей, оптимизация загрузки складских помещений), ADVANCE.AI (предупреждение правонарушений при помощи ИИ-инструментов), ViSenze (поиск товаров на маркетплейсах на основе обработки визуальной информации ИИ-инструментами) и прочие [Top 5 Startups...: 03.08.2025]. Из примеров малайзийских стартапов, связанных с использованием ИИ, обращают на себя внимание Merdeka LLM (предлагает так называемый суверенитет как услугу, оснащая государственные учреждения и предприятия национальной ИИ-инфраструктурой, а также осуществляя подготовку кадров), Wise AI (проводит распознавание лиц и предпринимает иные цифровые меры предупреждения противоправных действий), Innov8tif (обеспечивает автоматизацию производственных процессов) и др. [Aik Keong Tan 2024].

Таким образом, на пространстве ЮВА формируется экосистема стартапов, в том числе использующих ИИ-инструменты, с опорой на многостороннее сотрудничество АСЕАН. Однако ее успех зависит от наличия прочной внутристрановой основы, прежде всего – регуляторной, у членов АСЕАН. В этой связи интерес представляет опыт Вьетнама, чье влияние на эволюцию стартапов в ЮВА, в том числе использующих инструменты ИИ, усиливается вследствие политики руководства и содержательных решений корпоративного сектора страны в области развития искусственного интеллекта.

Регулирование сфер применения искусственного интеллекта: опыт СРВ

Руководство Вьетнама уделяет большое внимание развитию искусственного интеллекта как одной из составляющих цифровой трансформации, рассматривая последнюю как важный фактор международной конкурентоспособности и инвестиционной привлекательности страны.

Власти СРВ разрабатывают регуляторную базу цифрового пространства. В 2022 г. было принято постановление о развитии цифровой экономики к 2025 г. с перспективой до 2030 г. Целями стали построение цифрового общества, в частности, «бесшовная» интеграция цифровых технологий во все сферы общественной жизни; улучшение цифровых услуг, в том числе повышение качества цифрового государственного управления и противодействие коррупции; развитие цифровой экономики. Руководство СРВ планирует повысить долю последней в национальной экономике до 20% в 2025 г. и до 30% в 2030 г., рассматривая сельское хозяйство, туризм, производство одежды и текстиля, логистику и обрабатывающую промышленность как пять ключевых направлений, развитие которых необходимо усилить цифровыми инструментами [Big Steps...: 29.12.2023].

В контексте цифровой трансформации СРВ важным приоритетом ее руководства было и остается развитие искусственного интеллекта. Такая нацеленность обусловлена вескими причинами. Согласно Докладу о состоянии ИИ-экономики Вьетнама в 2025 г. (Vietnam AI Economy Report 2025), подготовленному Национальным центром по развитию инноваций (подразделение Министерства финансов СРВ), Японским агентством по международному сотрудничеству и Бостонской консалтинговой группой, в 2040 г. вклад ИИ-инструментов в ВВП страны может составить 130 млрд долл. [Vu Hoang Linh, Luu Cia Linh 2025] (для сравнения: в 2024 г. ВВП СРВ был 476,39 млрд долл. [Vietnam GDP 2025]).

Формирование нормативной базы СРВ применительно к регулированию сферы искусственного интеллекта началось в 2021 г., когда была опубликована Национальная стратегия по исследованию, развитию и применению искусственного интеллекта до 2030 г. К тому времени подобные документы были приняты всего 45 странами. За этим последовало множество конкретизирующих документов [Nguyen Quynh Hoa 2025]. Подробная информация относительно практических аспектов использования ИИ содержится в Постановлении № 13/2023/ND-CP (вступил в силу в июле 2023 г.). В нем закреплены базовые принципы внедрения ИИ-инструментов в общественную практику страны и сотрудничества в сфере ИИ с другими государствами. Отметим также Постановление №127/QD-TTg о Национальной стратегии по исследованиям, развитию и применению искусственного интеллекта до 2030 г., в котором сделан акцент на формировании экосистемы ИИ, отвечающей потребностям развития бизнеса, а также представлены меры по пресечению нарушений прав и интересов граждан и организаций страны. Уместно упомянуть и Решение №1290/QD-BKHCN, принятое Министерством СРВ по развитию науки и технологий, где определены общие принципы подхода к исследованию и развитию ИИ-систем [Evolution... 2025: 58–59].

Как подчеркивают вьетнамские специалисты, чтобы преуспеть в создании эффективной национальной ИИ-экосистемы руководству СРВ целесообразно сконцентрировать усилия не столько на комплексном и всеобъемлющем развитии максимально широкого спектра ИИ-инструментов, как это делают, например, Китай или США, сколько на решениях для «нишевых» направлений, содействующих решению важных для страны задач на «нишевых» направлениях: сельское хозяйство, промышленное производство, здравоохранение, эффективность которых может быть существенно повышена посредством разработки потенциала ИИ [Vietnam’s AI Strategy...].

Вьетнам развивает национальные ИИ-продукты и ИИ-решения, примером чего служит деятельность компаний Viettel, FPT, CVC, VNPT и Vingroup. В частности, Viettel создал виртуального правового ассистента, усиленного ИИ-инструментами (AI-enabled Legal Virtual Assistant), для повышения эффективности судопроизводства, а Институт больших данных компании Vingroup (Vingroup Big Data Institute) – приложение с ИИ-инструментами VinDr для более точного обнаружения болезней на ранних стадиях [AI Opportunity... 2025: 7].

Эффективность политики СРВ по развитию искусственного интеллекта сдерживается рядом факторов. Вьетнам придерживается консервативно-запретительного подхода к локализации данных. Это отражено в ряде документов, в частности, Законе о кибербезопасности (2018), Постановлении № 53/2022/ND-CP, Постановлении № 13/2023 ND-CP о защите персональных данных и др. Позиция Ханоя основывается на том, что данные должны храниться и обрабатываться на национальных серверах. Соответственно, иностранным компаниям вменяется в обязанность строительство центров хранения и обработки данных на территории СРВ [Канаев 2024]. Это не только налагает дополнительную финансовую нагрузку на деловых партнеров страны, но и препятствует реализации трансграничных проектов (поскольку последние должны обеспечиваться цифровой поддержкой, что предполагает обмен данными). Важную роль играют инфраструктурные дисбалансы внутри страны – интернет-соединение в сельских районах СРВ медленно и нестабильно, что не лучшим образом сказывается на оснащении цифровыми инструментами производственных объектов и их интеграции в национальную ИИ-экосистему. Большинство вьетнамских микро-, малых и средних предприятий (ММСП) не обладают достаточными финансовыми и кадровыми ресурсами, чтобы систематически внедрять и использовать ИИ-инструменты. Как итог, согласно обзору 2024 г., подготовленному Министерством информации СРВ, лишь 12% ММСП страны использовали ИИ-приложения в своей деятельности (в Сингапуре этот показатель составил 50%) [Vu Hoang Linh, Luu Cia Linh 2025].

В общем и целом, подход СРВ к регулированию искусственного интеллекта носит комплексный характер, однако на сегодняшний день многие вопросы стране еще только предстоит решить. Его дальнейшую эволюцию будет в значительной степени определять трансграничное сотрудничество на низовом уровне, в том числе политика стартапов, использующих ИИ-инструменты.

Искусственный интеллект в практике вьетнамских стартапов

По состоянию на начало 2025 г. во Вьетнаме было порядка 4000 стартапов и 20 центров их развития. Страна находилась на 56-й позиции в Индексе глобальной экосистемы стартапов (Global Startup Ecosystem Index). Ханой и Хошимин входили в список 200 городов мира, наиболее благоприятных для развития стартапов. В стране активно развивались ИИ-стартапы: в 2024 г. они привлекли в восемь раз больше частных инвестиций по сравнению с 2023 г. [Trong Dat 2025]. В 2024 г. доля рынка вьетнамских стартапов, сделавших генеративный искусственный интеллект основой своей деятельности (generative AI startups), составил 27%. Это второй показатель по странам АСЕАН после Сингапура с 44% [Viet Nam Ranks...: 09.08.2025].

Переходя к анализу конкретных примеров вьетнамских стартапов, использующих в своей деятельности искусственный интеллект, целесообразно их разделить на две группы. Первая – это собственно ИИ-стартапы. Как следует из названия, они выстраивают свою деятельность на основе инструментов искусственного интеллекта. По данным вьетнамских специалистов, в августе 2025 г. в стране было 765 таких стартапов (ИИ-стартапы и стартапы с машинным обучением) [Vu Hoang Linh, Luu Gia Linh 2025]. Примерами служат OhmniLabs (устройство для дистанционного общения), Elsa (приложение для изучения английского языка), Trusting Social (виртуальные помощники для бизнеса), Aimesoft (виртуальные продавцы-консультанты) и проч.

Вторую группу стартапов составляют те, которые периодически и даже систематически используют в своей деятельности искусственный интеллект, но не полностью перешли на него. Из них особый интерес представляют стартапы, занятые в сельском хозяйстве. Это объяснимо вследствие растущей актуальности для СРВ глобального потепления, обезлесения и загрязнения окружающей среды, а также нарастания остроты проблем, связанных с освоением ресурсов реки Меконг. В этих условиях востребованными становятся стартапы в области «зеленой» логистики, прогнозирования погодных явлений, повышения урожайности почв, борьбы с вредителями, поддержки здоровья домашних животных и проч. Заметными примерами являются Helios (финтех в увязке с использованием солнечной энергии), Enfarm Agritech (умное удобрение почв и предсказание объемов урожая), Dementer (умный мониторинг ирригации) и др.

Деятельность таких стартапов востребована, поскольку нацелена на решение важных для страны задач. По данным Министерства развития сельского хозяйства и аграрных районов СРВ, современный уровень эффективности использования удобрений во Вьетнаме составляет лишь 40%, а ежегодные убытки от нынешних практик, учитывая текущие цены на удобрения, – порядка 60 трлн донгов [Many Tech Startups...: 24.08.2025]. Инструменты искусственного интеллекта с высокой точностью оценки состояния почв, предсказания атмосферных и иных явлений, могут, пусть и частично, снизить остроту этой проблемы, а стартапы, чья бизнес-модель предполагает гибкость и адаптивность к быстро меняющимся реалиям, могут производить новые ИИ-решения быстрее, чем это делают государственные структуры.

Едва ли правомерно утверждать, что вьетнамские стартапы, будь то полностью основанные на ИИ-инструментах или использующие их в своей деятельности периодически, сталкиваются со специфичными проблемами. Как и в случае с остальными стартапами, основным вызовом для них был и остается доступ к финансированию. Любой стартап, который сможет быстрее других принести коммерческую отдачу, имеет преимущество в глазах инвесторов. С этой точки зрения принципиальное значение приобретают такие метрики, как ежемесячный и ежегодный регулярный доход (monthly/annually recurring revenue – MRR и ARR). По оценке вьетнамских экспертов, чтобы привлечь внимание инвесторов, стартап должен демонстрировать, как минимум, средние показатели по этим критериям применительно к своему направлению деятельности во Вьетнаме, или даже на пространстве всей ЮВА [Phuong Nhi 2025]. Ранее упомянутые разрывы в уровнях развития инфраструктуры, доступности и качества интернет-связи являются другими не менее важными вызовами.

Подводя итог, отметим, что вьетнамские стартапы расширяют охват и масштаб использования ИИ-инструментов, а некоторые участвуют в разработке национального ИИ. По степени своей инновационной составляющей практики СРВ опережают таковые во многих странах АСЕАН, а многие вьетнамские ИИ-стартапы готовы к выходу за рамки национального уровня на трансграничное пространство.

Выводы

Рассмотрение на вьетнамском примере перспективы активизации многостороннего экономического сотрудничества стран АСЕАН посредством стартапов, использующих ИИ-инструменты, позволяет сделать следующие выводы.

Отвечая на вызовы цифровой трансформации, в том числе искусственного интеллекта, Ассоциация дополняет свои многосторонние проекты и инициативы цифровыми инструментами и запускает новые, работающие исключительно в цифровом пространстве. АСЕАН оказывает поддержку стартапам, в том числе использующим в своей деятельности инструменты искусственного интеллекта. Вместе с тем, акцент, как и прежде, сделан на усилении «вектора сверху», а именно – принятии деклараций, планов действий и прочих документов. Поскольку Ассоциация не провела кардинальную ревизию своих принципов сотрудничества (под каковой понимается усиление наднациональных механизмов и обязательного компонента в выполнении принятых странами АСЕАН договоренностей, а также отказ от реализации последних по принципу «последнего готового»), ИИ-стартапы ее стран-участниц не могут полноценно развивать свою трансграничную деятельность.

Как свидетельствует пример Вьетнама, попытки компенсировать недостатки модели интеграции АСЕАН усилиями ее стран-участниц едва ли увенчаются успехом. Развивая регуляторную экосистему сфер применения искусственного интеллекта, в том числе поддерживая ИИ-стартапы, руководство СРВ придерживается консервативного подхода к локализации данных и не намерено проводить его ревизию.

Как итог, трансграничная деятельность вьетнамских стартапов, использующих ИИ-инструменты, сталкивается с двойным барьером – со стороны модальности сотрудничества АСЕАН и регулирующих органов страны. Транслируя вьетнамский опыт на уровень ЮВА, можно обоснованно прогнозировать, что потенциал ИИ-стартапов как драйверов трансграничного цифрового сотрудничества АСЕАН может оказаться далеким от своей полноценной реализации.

About the authors

Evgeny A. Kanaev

Author for correspondence.
Email: kanaev@imemo.ru
ORCID iD: 0000-0002-7988-4210

Dr. of Historical Sciences, Leading Researcher, Center for Asia-Pacific Studies

References

Supplementary files