доктор исторических наук, профессор, заведующий кафедрой отечественной истории
This article examines the operation of the periodical press in Britain and Russia during the First World War, with particular attention to the systems of military censorship that shaped its functioning. Military censors sought above all to restrict public access to information that could reveal military or state secrets. The study compares the mechanisms, practices, and consequences of censorship in the two empires, identifying both shared tendencies and distinctive national features. By the early twentieth century, the press no longer merely reported events but had become an active force in forming public opinion and mediating between state and society. The article argues that wartime censorship, rather than silencing the press, often prompted editors to develop strategies of adaptation and self-regulation, contributing to a complex reconfiguration of the public sphere in both Britain and Russia.
Контроль за периодическими изданиями в странах, участвовавших в Первой мировой войне, осуществлялся при помощи военной цензуры, главной задачей которой было не пропустить в публичное пространство информацию, раскрывающую военную или государственную тайну. В рамках предложенной статьи автор рассматривает особенности функционирования во время военного конфликта периодической печати в Британской и Российской империях в пределах существовавших в то время цензурных ограничений, выявляя как общие закономерности, так и специфические особенности этого процесса. Очевидно, что к началу XX в. периодическая печать не только отражала происходившие события, но и сама являлась актором, формировавшим общественное мнение, выступая посредником между властью и обществом. При этом в условиях Первой мировой войны введение военной цензуры в обеих странах было с пониманием воспринято как редакциями периодических изданий, так и читающей публикой. Случавшиеся нарушения цензурных правил со стороны прессы чаще всего были связаны не со злым умыслом, а с недопониманием их условий или с коммерческим интересом. Установленные административные предписания, в свою очередь, не всегда могли разрешить все возникавшие ситуации. К середине 1915 г. в обеих странах все чаще возникали случаи преднамеренного игнорирования цензурных запретов, которые все в большей степени выходили за пределы исключительно военной проблематики, затрагивая нараставшие политические проблемы. Однако если в Англии военная власть старалась найти компромиссные решения, то в России — по большей части прибегала к репрессивным действиям, запрещая по максимуму информацию не только военного, но и внутриполитического содержания. Следствием этого явилось все большее недоверие российских читателей к официальным новостям, а в последствии и к действиям верховной власти в целом.